Аборт (часть I, ІІ) Протоиерей Александр Ильяшенко

В наш разговорный обиход давно и прочно вошло слово “аборт”, такое же короткое и жестокое, как слово “казнь”. Современное общество к аборту относится удивительно легко, так же как, например, к удалению зуба. На самом деле, аборт – это такое же злодеяние, как смертная казнь невинного человека. Казнь - это лишение жизни (по законам общества) преступника, грубо покусившегося на это общество. Для совершения казни требуется судья, выносящий смертный приговор, и палач, этот приговор приводящий в исполнение.

Аборт - это лишение жизни (с согласия и одобрения общества) его беспомощного, беззащитного неродившегося члена, чья “вина” заключается лишь в том, что его отец и мать не желают появления на свет своего ребенка. Роль судьи, выносящего смертный приговор, играет мать, а роль палача – врач-гинеколог. Пусть, как это часто бывает, женщина идет на аборт под давлением тяжелых обстоятельств, пусть все, даже самые близкие люди, даже отец ребенка, толкают ее на этот роковой шаг, все равно окончательное решение принимает она сама.

Нередко приходят в церковь на исповедь и старые, и молодые женщины и плачут, и каются в том, что неоднократно совершали аборты. Смотришь на немолодую женщину, на ее большие, натруженные руки, спрашиваешь: “Ведь ты же всю жизнь трудилась и тяжело трудилась. Неужели не смогла бы поднять еще трех-четырех ребятишек?” Плачет и отвечает: “Смогла бы. Если бы я только знала! Но я молодая была, некому было меня научить тогда.” Приходят и молодые и тоже горько плачут от того, что убивали своих детей.

Приведем фрагмент стихотворения, написанного в тридцатые годы покойным поэтом-любителем А. В. Терентьевым:

Овца беременна. Берут ее
С плодами радостными брака
И бьют ногами чрево вздутое -
Овечий выкидыш каракуль.

Он шелковинками кудрявится,
Он отливает нежным блеском.
Пальто из шкур его, красавица,
Одень, жена или невеста.

Пальто надето. Губы стиснуты,
А путь так короток и долог,
Туда, где встретит ее чистенький
В одежде белой гинеколог.

Проходят матери со свертками,
И в каждом гукает младенец.
Идут беременные с кроткими
Глазами будущих рожениц.

Но ей не будет это знаемо.
Итак, все решено и что же?
Плод нежеланный, плод скрываемый,
Ты будешь в чреве уничтожен.

И губы сжаты, как приструганы,
Час наступает испытаний,
И падает твой взгляд испуганный
На роковой инструментарий.

На весь набор, способный до кости
Пронизать плоть на гибель клеток,
На мир испытанной жестокости
Кривых, изогнутых предметов.

Но вот все кончено. В каракули
Одевшись в путь бредешь обратный,
А врач кровавые каракули
Счищает с ложки аккуратно.

 

А “то” могло бы вырасти милой, ласковой дочкой, или хорошим, заботливым сыном. Может быть каким-то особенно одаренным, талантливым, а может быть просто внимательным, нежным, любящим человеком.

Представим себе фильм ужасов, в котором некий маньяк приходит к матери, протягивает ей остро отточенный нож и говорит: “Зарежь своего ребенка! А если ты его не убьешь, я тебя убью!” Уверен, что любая мать согласится скорее умереть самой, нежели лишить жизни свое дитя. Но чем же неродившийся ребенок отличается от родившегося? Как же можно его лишать жизни?

Предположим что рождение ребенка недопустимо по медицинским показаниям. Например, опасно для здоровья или жизни матери. Как быть? Если зарождение жизни по каким-либо причинам опасно для жизни матери, то от супругов требуется подвиг. Воздержание. Ну, представьте себе, что идет война, муж погибает на фронте. И Церковь идеальным поведением вдовы видит в сохранении верности покойному мужу - это идеал. Так и здесь, если жена не может иметь детей - угроза для ее жизни неоспорима, супруг должен взять на себя подвиг воздержания. Или, если жизнь все-таки зародилась, опять-таки речь идет о подвиге. О способности отдать жизнь за своего ребенка. В Древнем Риме, языческом и жестоком, в котором воинское служение ценилось чрезвычайно высоко, женщине, умершей в родах, воздавались воинские почести, потому что она, как воин на поле брани, отдала свою жизнь за другого.

Кроме того, нельзя забывать, что медицина не есть наука точная, она только с большей или меньшей степенью вероятности предсказывает, что может произойти. Пока этого не случилось, нельзя рассматривать медицинский прогноз как неотвратимый приговор. Если плод погиб, тогда проблема снимается. Но если плод жив, то нужно бороться до последнего. Это дело совести врача и матери. Известная мне прихожанка рожала первенца, имея больные почки. Ребенок родился с ДЦП. Естественно, что врачи запретили ей впредь даже думать о материнстве. Но после этого она родила шестерых здоровых ребятишек...

Это замечательный случай, демонстрирующий силу веры этой женщины. Сильную, искреннюю веру Господь не посрамит. Без воли Божьей, как сказано в Евангелии, и волос не упадет с головы человека. Вера творит чудеса, вопреки медицинским показаниям и, казалось бы, здравому смыслу. Если бы эта мать поверила в инструкцию Минздрава, то не было бы этих шестерых детей. Конечно, нельзя легкомысленно относиться к своему здоровью, здоровье - тоже дар Божий. Современная медицина достигла великолепных успехов и пренебрегать ее диагнозами и прогнозами неразумно, но все-таки она не может делать предсказания со сто процентой достоверностью. Даже если прогноз достоверен на девяносто девять процентов, никто не может утверждать, что не выпадет один неучтенный процент. Мы знаем, что существует воля Божия, что Господь каждому человеку дарует то, что необходимо для спасения его бессмертной души. И проценты, о которых мы говорим, это всего лишь объективная научная данность. Но, какой шанс реализуется, зависит от Бога, а не от науки.

Проблемы воспитания детей, преступность несовершеннолетних, алкоголизм, наркомания глубоко связаны с нравственным, духовным состоянием женщины-матери. Нравственность женщины определяет здоровье нации и ее будущее. Каким оно будет зависит от того, смогут ли матери научить своих детей быть добрыми, мужественными, трудолюбивыми, или они вырастут потребителями, стремящимися лишь повышать уровень своего комфорта... Но чему хорошему может научить своего ребенка мать, лишившая жизни его братьев и сестер?
 

 

Существуют нравственные законы, осознанное или неосознанное нарушение которых с неизбежностью приводит к тяжелым и даже катастрофическим последствиям для тех, кто их преступает. Эти законы строги и неизменны, их нарушение не всегда карается по законам человеческим. “Мне отмщение и Аз воздам”, - говорит Господь. Бог покарал Каина, убившего своего брата Авеля, возложив печать на лицо его. Каинова печать - это некоторая духовная реальность, которую внимательный человек может безошибочно распознать. Душа человека, совершившего убийство помрачается настолько, что это сказывается даже на его внешнем облике. Аборт, а ведь аборт - это всегда убийство, меняет и внутреннее и внешнее состояние женщины.

Меняется и отношение женщины к себе самой. Со временем она начинает осознавать себя виновницей гибели своего ребенка. Это осознание может придти не сразу, но когда она осознает, то очень сильно страдает, мучается. Аборт - это надругательство над женской природой еще и потому, что она убивает в себе прекрасное, глубокое, Богом дарованное стремление быть матерью. Меняется ее отношение и к мужу, быть может на уровне подсознания, ведь он предал свое призвание быть отцом и защитником, толкнув жену на преступление и допустив гибель своего ребенка.

Вследствие доступности абортов женщина получает обманчивую возможность безнаказанно менять партнеров. Но безнаказанность эта только кажущаяся. Как правило, женское бесплодие наступает в результате регулярной смены партнеров. Пять-семь таких перемен приводят к необратимым изменениям в женском организме, препятствующим эачинать новую жизнь, даже, если женщина этого и захочет. Еще одно страшное последствие такой жизни - очень высокая вероятность раковой опухоли шейки матки.

Для мужа тоже многое меняется. Он не может, хотя бы подсознательно, не ощущать себя изменником своему призванию быть защитником слабых и беззащитных. “Если придется умереть за жену - не отказывайся”, - говорил Иоанн Златоуст, подразумевая, конечно, не только жену, но и детей. Кроме того, ведь объективно жена стала палачом его ребенка, поэтому он и к ней не может относиться как прежде.

Конечно, не всегда бывает, что муж толкает свою жену на совершение аборта. Идеология, разрешающая женщине пресекать зародившуюся в ней жизнь полностью игнорирует право мужчины стать отцом зачатого им ребенка. Пренебрежение этого естественного права часто является причиной тяжких переживаний мужа и подчас приводит к разводу. Аборт разрушает личность мужа и жены и их любовь друг к другу, разрушает их семью. Об этом говорит и статистика разводов. В начале ХХ века в России разводилось менее одного процента семей, а теперь в 70 раз больше - более 70%. Тогда аборты были запрещены и считались преступлением, а теперь разрешены и стали нормой.

Прощается ли грех чадоубийства?
На этот вопрос, который конечно мучает женщин, сделавших аборты, можно дать такой ответ. Ни о ком нельзя думать, что его жизнь предопределена – началась ли она в близости к Богу или нет; в любой момент Бог может призвать нас к Себе и изменить нас Своею благодатью и обратить нас к покаянию. Нет такого греха, который бы Господь не простил. Непрощенный грех - это нераскаянный грех.

Другое дело, что в грехе чадоубийства очень трудно раскаяться. Этот грех можно сравнить с тяжелым заболеванием, последствия которого также ощущаются в продолжении долгого времени. Предположим, что человек перенес обширный инфаркт и выжил, но последствия будут ощущаться всю его дальнейшую жизнь. Ему нельзя носить тяжести, бегать, ходить в горы… Так и со смертными грехами: их последствия остаются навсегда, до самой смерти. Однако, если человек горячо кается, ведет благочестивую жизнь, старается творить добрые дела, то, мы верим, что Господь простит и такого грешника.

Церковь верит, что если “ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха. Если говорим, что не имеем греха, - обманываем самих себя, и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды” (1 Ин. 1.7-9). Можно вспомнить многих тяжких грешников, даже преступников, которых Господь за их смирение и покаяние помиловал, и они наследовали Царствие Небесное: евангельский благоразумный разбойник, царь и псалмопевец Давид, Моисей Мурин - разбойник, ставший монахом и достигший святости, одна из величайших святых Мария Египетская, бывшая блудница и многие другие.
 


 

pravmir.ru

  • Темы
  • Комментарии (0)
  • Оставить комментарий