«Нужно всеми силами избегать “механического участия” в таинствах»

15 мая 2013

«Нужно всеми силами избегать “механического участия” в таинствах»

Вопрос о том, как следует готовиться к принятию Святых Таин и, в частности, нужно ли исповедоваться перед каждым причащением, в последнее время вновь привлек внимание православных христиан. Мы попросили поделиться своими рассуждениями на эту тему архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилина.

 

– Владыка, обязательно ли исповедоваться перед Причастием? Насколько я знаю, сегодня высказываются разные мнения по этому поводу. Более того, в некоторых Поместных Церквах христиане причащаются, не исповедуясь годами. Сам видел в Сербии: забегает человек в храм после Херувимской, спрашивает, не кончилась ли еще служба, совершенно спокойно подходит к Чаше и стремительно убегает. Востребован ли такой опыт нашей Церковью, или лучше от него держаться подальше?

– Если говорить о данном конкретном случае, то, думаю, такой «опыт» не востребован ни нашей, Русской, ни Сербской, ни любой другой Православной Церковью. Насколько я знаю, в той же Сербии существуют монастыри, где очень строго подходят к подготовке к таинствам и без исповеди человека к Причастию не допустят. Впрочем, оставим этот случай на совести того христианина – Богу ведомы и степень его веры, и мера его подготовки к тому, чтобы принять Христа. Поговорим о правилах, касающихся всех христиан.

Спаситель создал Церковь на земле с одной единственной целью – спасения человека. Он установил в ней таинства для вспоможения на тесном пути к Царствию Небесному. Многие верующие считают, что таинства помогают в том числе и в разрешении земных проблем. Особенно это касается святой Евхаристии. При этом упускается из виду, что любое таинство требует соответствующей подготовки, не только внешней, но и внутренней. Полагая, что самое главное – причаститься, верующие в лучшем случае ограничивают приготовление к Евхаристии внешней стороной – телесным постом, посещением храма, молитвой, оставляя без должного внимания внутреннюю, духовную составляющую.

Между тем при намерении приступить к таинству нас встречает апостол Павел с кротким, но строгим научением: «Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей» (1 Кор. 11: 28). Да испытывает себя человек, достойно ли он подготовился и с правильным ли внутренним расположением приступает к причащению, ибо от этого будет зависеть, принесет ли он приобщением плод духовный. Достоинство определяется не только количеством и строгостью понесенных подвигов при приготовлении, но главным образом сердечным расположением, к которому эти подвиги приводят.

Святые отцы внешний подвиг уподобляли листьям, а внутренний – плоду. Дерево в саду, имеющее листья, но не приносящее плодов, оказывается в большой опасности: оно может быть срубленным, ибо в саду насаждают деревья ради урожая. В Евангелии повествуется о том, как Спаситель проклял смоковницу, которая имела только листья, но не имела плодов. Значит, можно навлечь на себя гнев Божий и проклятие, если сосредоточиться на одном телесном подвиге, оставив в небрежении подвиг духовный. Зная эту важную истину, святые отцы главное внимание обращали на правильный настрой сердца перед причащением.

Расположение сердца гораздо важнее наших телесных подвигов. Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Помни, что Господь дает по сердцу: каковое сердце, таков и дар».

Какое же должно быть расположение сердца причащающегося?

Перед причащением необходимо исполнить молитвенное правило, которое подобно камертону, точно воспроизводящему звучание определенной ноты. Эта нота является эталонной, по ней настраивается оркестр или хор. Молитвы святых в правиле перед причащением и есть тот самый духовный камертон, с которым мы обязаны сверять свое душевное расположение, приступая к принятию Тела и Крови Спасителя. Святые, постоянно испытывая свою совесть, находили себя далекими от совершенства, были преисполнены осознания своего недостоинства, страха быть наказанными, но при этом не теряли надежды на милосердие Божие. Правильный сердечный настрой, расположенный между страхом и надеждой, – это проходит красной нитью в текстах святоотеческих молитв, которые входят в молитвенное правило перед причащением.

Ко Христу надо приступать со страхом и трепетом, с верой и благоговением. Чем меньше веры и благоговения, чем безразличнее и равнодушнее сердце, тем бесполезнее таинство. Мало того, по мнению святого праведного Иоанна Кронштадтского, при небрежном приготовлении «оно (таинство) прогневляет Бога». Именно поэтому каждый раз, прежде чем приступать к Евхаристии, должно испытывать свою совесть, свое сердце, следуя совету апостола Павла.

– Как же тогда причаститься достойно, не в осуждение себе?

– Посильными подвигами, молитвой, самоосуждением и покаянием очистить сердце от всякой скверны. Надо изменить настрой души. Стараться жить во взаимной любви, прощать обиды, носить немощи друг друга, оставить пристрастие ко всему земному и тленному, порабощающему душу и порождающему сребролюбие, которое есть «корень всех зол» (1 Тим. 6: 10). Должно проявлять воздержание в пище и питии, бороться с празднословием, сквернословием, осуждением, ложью, клеветой и т.п. Надо стараться жить в чистоте, правде, истине и святости, удаляясь от всякого греха и порока. Если мы не понуждаем себя на борьбу с грехом, насаждая добродетель, а остаемся в нечистоте и совершаем вольные грехи, тогда Христос не может обитать в нас. «Какое согласие между Христом и Велиаром?» (2 Кор. 6: 15). Мало того, в таком случае таинство может послужить не во благо, но во осуждение причащающемуся.

Понимание своего недостоинства подвигает христианина к трудам и подвигам. Сами по себе телесные подвиги не делают нас достойными великих благодеяний, подаваемых Богом в таинствах, но трудами мы свидетельствуем об осознании своей греховности и желании исправиться. Это малая лепта, которую мы приносим Богу. Только осознание себя грешником и покаяние делает нас достойными великого дара Божия. По мнению святителя Феофана Затворника, покаяние совершается достодолжно тогда, когда оно сопряжено «с сокрушением искренним и твердой решимостью более не оскорблять Господа. Для этого назначаются все другие подвиги говения – и хождение в церковь, и домашняя молитва, и все прочее».

Итак, желающий причаститься должен испытать свою совесть, осудить себя и положить твердую решимость более не согрешать. Самое главное в деле покаяния – познание своих грехов. Только после этого мы обратимся ко Христу, ибо Спаситель пришел не мнимых праведников спасать, а тех, кто осознаёт себя погибающими грешниками, ищущими помощи у Бога.

Осознающих себя грешниками искренно, от всего сердца и стремящихся с Божией помощью к исправлению можно считать достойными и готовыми к причащению. В противном случае велика вероятность не получить никакой пользы. Преподобный Серафим Саровский говорил: «Бывает иногда и так: здесь, на земле, приобщается, а у Господа остается не приобщенным». Это происходит тогда, когда к таинству приступают без должного приготовления, настроя и благоговения.

– Но некоторые сторонники причащения без исповеди ссылаются на то, что Кровь Христова смывает все грехи человека.

– Предлагаю немного подумать над этим вопросом. Что такое грех? Это рана, болезнь, яд, то есть это нечто чуждое, смертоносное для души. Когда подобное касается тела, то мы стремимся как можно быстрее начать лечить рану или болезнь или избавляться от смертоносного яда. Средствами для лечения души от греха являются покаяние и исповедь. Поэтому, как только осознали, что согрешили, необходимо сразу, немедленно принести покаяние пред Богом, а потом, при первой возможности, на исповеди священнику. Так поступал святой праведный Иоанн Кронштадтский. Святитель Иоанн Златоуст писал: «Грех исповеданный становится меньше, а не исповеданный – больше». Грех – эту ядовитую змею – необходимо умерщвлять как можно быстрее. А умерщвляется грех исповедью, слезами, покаянием, самоосуждением. Чем раньше приложим лекарства, тем меньше потерпим вреда от греха.

При таком понимании сути греха и его действий на душу видится несколько странным желание некоторых христиан не торопиться с исповедью, откладывая врачевство смертоносной душевной раны на потом. Ни один нормальный человек, будучи тяжелобольным, не медлит с обращением за помощью. Он стремится как можно скорее начать лечение, так как промедление может усугубить последствия болезни и привести к самым печальным результатам. По мнению святителя Василия Великого: «Грех умолченный есть гнойный вред душе, есть тяжесть, влекущая душу на дно адово».

Живой человек чувствует боль от раны, немощь от болезни, жар от яда. Только умерший ничего не чувствует. Так и душа, закосневшая в грехах, замедляющая с исповедью, покаянием и слезами, теряет чувствительность, слабеет. Она перестает чувствовать боль от греха. Не чувствуя боли от греха, такая душа не спешит с исповедью, болезнь усугубляется, и человек, все более погружаясь в пучину греха, приближается к аду.

Святитель Феофан писал: «Грехи оплаканные, исповеданные и разрешенные уже не в нас и не на нас. Они то же, что сучья, срубленные от дерева. Когда любили мы грехи, они были на дереве жизни нашей живыми ветвями и питались от него; когда же мы отвратились от грехов, стали гнушаться ими, раскаялись и исповедались, этими действиями мы отсекли их от себя. Теперь это сухие ветки. И Господь идет попалить в нас это терние прегрешений».

Если мы готовимся принять дорогого и любимого гостя, мы дома наводим чистоту и уют, приводим себя в порядок, готовим самое лучшее угощение. Словом, делаем все, чтобы гостю было у нас приятно, чтобы ничем его не расстроить. Точно так же мы должны поступать и перед причащением, готовясь принять Христа: вымести свою душевную храмину от грязи греховной через искреннюю исповедь, очистить одежду души постом и молитвой, примириться с ближним и со страхом Божиим и верой и надеждой приступить ко Христу. Если же мы приступим к Нему в одежде, оскверненной грехами и не очищенной исповедью, мы можем наследовать наказание, которое понес неразумный гость, явившийся на брачный пир в небрачной одежде, от чего да избавит нас Господь.

По мнению некоторых святых отцов, Иуда причастился, но сделал это недостойно, без соответствующего внутреннего настроя, и в него после этого вошел сатана. Святой праведный Иоанн Кронштадтский писал: «Сатана входит часто после недостойного причащения Святых Таин». С ним согласны многие святые. Почему это происходит? Тот, кто, будучи недостоин причащения из-за своих нераскаянных грехов, нежелания исправиться и неблагоговения, все же приобщается Святых Таин, «виновен будет против Тела и Крови Господней» (1 Кор. 11: 27). На него враг рода человеческого нападает со всей силой. Господь отступает от дерзкого причастника, подходящего к Святым Тайнам без должного покаяния в грехах, лишает его Своего покрова и защиты, а диавол, видя такового беззащитным, впадшим в совершенное бесчувствие и развращение, смело нападает на него со всей силой и дерзостью. Именно так он поступил с Иудой, который был порабощен страстью сребролюбия и готовился предать Спасителя, но дерзнул приобщиться. Этим Иуда показал свое бесчувствие и дерзость, и диавол всецело вошел в него. Как Иуда после недостойного причащения стал орудием сатаны и совершил страшный грех, так и христианин, приступающий недостойно, может стать орудием злых духов и совершать тяжелые преступления.

За недостойное причащение Господь попускает скорби и страдания. Святитель Иоанн Златоуст писал: «Когда случаются болезни, когда наветы, когда скорби и несчастья, когда постигают тому подобные бедствия, то сие происходит от этой причины». По мнению преподобного Амвросия Оптинского: «Наказание бывает человеку не только за грехи, но больше за недостойное причащение Святых Таин». Апостол Павел грозно предупреждал христиан, что именно по этой причине «многие из вас немощны и больны и немало умирают» (1 Кор. 11: 30).

Милосердный Господь не связывает нас невыполнимыми условиями при подготовке к причащению. Святитель Димитрий Ростовский писал: «Кто исповедал грехи свои, совершенно ничего не утаивши, кто жалеет о них, плачет и кается, сокрушается, кто имеет волю и непременное намерение не возвращаться более ко греху, но блюстись опасно от всякого грехопадения, кто постом и молитвой и другими подвигами благочестия приутрудил себя, умилостивляя Господа, кто со всеми примирился и ни с кем не оставил у себя вражды, тот достойно готов. И тако от хлеба да яст и от чаши да пиет». Если все это выполнено, можно со смирением приступать ко Господу. Мы грешны, кругом грешны. Но не грехи преграда, а упорство в грехах и нежелание принести искреннее покаяние, то есть нечувствие своей немощи и отсутствие стремления к исправлению жизни.

Мы не должны удаляться от Чаши Господней из-за того, что грешники; напротив, мы должны поспешать к этому спасительному таинству, но при этом иметь смиренное осознание своего недостоинства и великого к нам благодеяния Божия.

– Все это касается взрослых. А как быть с младенцами, которые в силу возраста не могут осознанно принести в дар Богу сокрушенное и смиренное сердце, хотя они и не без греха, потому что никто не чист от греха, «аще и един день житие его на земли» (Иов 14: 5)?

– Готовясь причастить ребенка, вероятно, следует поступить аналогично тому, как поступают при крещении младенцев, которые не осознают ни силы таинства, ни ответственности и еще не могут сознательно дать ответы на предлагаемые вопросы. У них при крещении должны быть взрослые восприемники, которые за детей отвечают священнику и обещают вырастить младенцев добрыми христианами. Восприемники берут на себя дополнительную обязанность понести труды и подвиги ради того, чтобы воспитать крестников в духе Православия. Только в этом случае таинство крещения не будет пустой формальностью, но станет действенным и спасительным. Также поступают и в других случаях, когда более сильный берет на себя ношу более слабого, восполняя его немощь. Подобным образом должны поступать и родители, желая причастить младенца достойно, во спасение души и тела. Они должны взять на себя груз подготовки ко причащению, который ребенок еще не способен понести. Родителям необходимо достойно подготовиться и причаститься вместе с чадом, подъяв дополнительные покаянные труды – не только ради себя, но и ради него. Ревностное говение, благоговейное причащение и дальнейшее благоговейное поведение родителей может стать добрым примером для младенца и хорошим воспитательным актом.

Труды, понесенные ради ребенка, не будут напрасными. Господь не оставит младенцев без награды ради добрых дел и благочестивых занятий их родителей. Вот как писал святой праведный Иоанн Кронштадтский о совершении своего первого чуда: «Младенцы Павел и Ольга по беспредельному милосердию Владыки и по молитвам моим исцелились. Девять раз я ходил молиться, надеясь, что упование мое не посрамит. Владыка призрит на труд мой, на ходьбу мою, на молитвенные слова и коленопреклонения мои. Владыка не посрамил меня. Прихожу в десятый раз – младенцы здоровы».

– Нередко приходится слышать мнение о том, что ребенку трудно пробыть в храме всю литургию, да и родителей он будет отвлекать от молитвы. Как быть?

– Во-первых, у младенцев не один родитель, а двое. Во-вторых, есть бабушки и дедушки. В-третьих, восприемники, а иногда есть няни. Кто-то из них может принести или привести детей в храм не к началу литургии, а к тому моменту, когда младенцу хватит терпения благоговейно вести себя до окончания богослужения.

К сожалению, печальную картину можно наблюдать в наших храмах. Родители с детьми приходят за 15–20 минут до начала причащения мирян, то есть во время Евхаристического канона, и сразу после приобщения покидают церковь (наполняющуюся с их появлением детским плачем). Вероятно, такие младенцы редко бывают в храме, дома находятся в духовной среде, далекой от молитвенной атмосферы православной церкви, и, попадая в незнакомую обстановку, испытывают дискомфорт. В то же время дети, родители которых стремятся жить по-христиански, избегают душевредных разговоров, общений и занятий, регулярно молятся вместе с чадами, стараются сделать семью малой Церковью, – такие дети ведут себя во время богослужения иным образом: они послушны, спокойны и молчаливы.

Одной из обязанностей христиан является еженедельная молитва в храме в воскресные дни за богослужением. «Аще кто… не имея никакой настоятельной нужды или препятствия… в три воскресные дня… не придет в церковное собрание… мирянин да будет удален от общения» (80-е правило VI Вселенского собора). Крайне желательно, чтобы родители, исполняя эту христианскую обязанность, посещали церковь вместе с детьми.

Я убежден, что при крещении младенцев священникам необходимо объяснять родителям и восприемникам, что в крещении ребенок получает не только благодать, но на него, родителей и восприемников возлагается обязанность и сугубая ответственность быть христианами не по имени, но по сути. В противном случае они подлежат более суровому наказанию, чем те, кто не принял крещения. «Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди» (2 Пет. 2: 21).

– Весьма часто причащение младенцев напоминает выполнение обряда, в котором главное – правильно совершить внешние действия, то есть причастить, не уделяя должного внимания внутреннему устроению.

– Но мы не язычники, а христиане и должны помнить о том, что для нас главное – внутренний настрой, которому призваны способствовать внешние подвиги. Господь обращается ко всем людям: «Чадо, даждь Ми сердце твое» (Притч. 23: 26).

Для подтверждения этой мысли приведу случай, который доносит до нас церковное предание. В одном городе свирепствовала моровая язва. Болезнь протекала скоротечно и никого не щадила. Люди во множестве умирали везде: и в бедных хижинах, и в богатых дворцах. Многие, опасаясь внезапной смерти, поспешно принимали крещение. Священники едва успевали крестить желающих. Ни времени, ни сил у священников не хватало на оглашение. Новокрещенные весьма смутно понимали, что от них требовало таинство крещения. Епископу этого города ночью было явление ангела, который грозно вопросил его: «Зачем вы посылаете нам на небо пустые запечатанные мешки?» – души умерших людей, запечатанных таинством крещения и миропомазания, но не имеющих доброго образа мысли и жизни, то есть пустых от добрых дел и покаянного духа.

Современные христиане уделяют огромное внимание внешней стороне таинства, часто забывая о внутренней. Подтверждением этого служит то, что практически никого не интересует, как достойно духовно приготовиться к этому великому и ответственному шагу, но очень часто приходится слышать вопрос о том, как часто надо причащаться. Между тем этот вопрос далеко не праздный, так как он связан с внутренней жизнью христианина. Говение, которое предшествует причащению, – это период внимательного, тщательного пересмотра жизни, борьба с обнаруженными немощами, серьезный шаг от греха и порока – врага нашего спасения – к добродетели и чистоте – то есть к Богу. Если будем причащаться редко, будем редко осуществлять капитальную чистку души, погрязнем в суетных мирских заботах, появится бесчувствие к духовной жизни, ко греху, и в конце концов удалимся от Бога на страну далече. В то же время, если причащаться слишком часто, легко привыкнуть к этому великому таинству, оно станет чем-то обыденным, будет потеряно благоговение и страх Божий. Кроме того, нам нужно всеми силами избегать «механического участия» в таинствах – такая «механика», лишенная содержания, то есть души, жаждущей Бога и искренне кающейся в собственных грехах, не может привести к чему-либо хорошему. Кстати, в этом, по-моему, кроется одна из главных причин той катастрофы, которая разразилась в России в 1917 году, – в легком, обрядовом, неискреннем, языческом «христианстве».

Ежедневно мы, христиане, в утренних молитвах обращаемся к Божией Матери с такими словами: «Пресвятая Владычице моя Богородице, святыми твоими и всесильными мольбами отжени от мене, окаянного раба Твоего, уныние, забвение, неразумие, нерадение…» Нерадение – это один из главных исполинов зла, которому мы порабощены. Пастыри и прихожане часто проявляют нерадение о своем спасении и достойном приготовлении к таинству. Пастыри проявляют нерадение и тогда, когда не объясняют прихожанам, как они должны готовиться и с каким настроем приступать к таинствам церковным. Станем подвизаться против этого исполина зла, от которого да избавит нас Господь.

– То есть будем серьезными христианами?

– Именно так: воспринимать свою веру, свою Церковь, своего Христа всерьез.

С архиепископом Вологодским и Великоустюжским Максимилианом
беседовал Петр Давыдов
ПРАВОСЛАВИЕ.RU

  • Темы
  • Комментарии (0)
  • Оставить комментарий